СЕГОДНЯ В НОМЕРЕ — ИНТЕРВЬЮ С ИСКУССТВОВЕДОМ И ИСТОРИКОМ МОДЫ АЛЬБЕРТИНОЙ КОДЖОЯН
Тараз представляет собой этнографический архив, документирующий историческое развитие этноса. Армянский язык с его диалектами, а также национальная одежда, варьирующаяся в зависимости от региона, характеризовались уникальными особенностями. Различия проявлялись в конструктивных элементах и декоративных мотивах. Об этом, о том, как костюм отражал статус человека, культурные нюансы местностей, мы и поговорим с Альбертиной.
— Альбертина, расскажите о себе. Почему вы выбрали армянское традиционное искусство?
— Я искусствовед и историк моды, окончила Художественную академию Армении в Ереване. 13 лет изучаю армянский национальный костюм, а также историю костюмов Европы (VIII–XX вв.) и древних народов. 8 лет преподавала в академии, а с 2021 года работаю научным сотрудником в Ростовском музее изобразительных искусств. Особое внимание уделяю армянскому костюму, так как нахожусь вдали от родины.
Хочу, чтобы молодое поколение за рубежом знало о нашей культуре.
Армянская культура, древняя и самобытная, на протяжении веков постоянно взаимодействовала с другими культурами. Это взаимное проникновение — культурная диффузия — было неизбежным следствием географического положения Армении на перекрестке цивилизаций, долгих периодов жизни под властью соседних империй. Наибольшую тревогу вызывало потенциальное размывание культурной идентичности, особенно среди молодежи в диаспоре, постоянно балансирующей между наследием предков и культурой страны проживания, усиленным влиянием глобальной массовой культуры.
— Сейчас наблюдается всплеск интереса к этнике. Однако часто мы можем увидеть схожие орнаменты и у других народов. Почему сейчас так распространено заимствование и искажение армянских орнаментов? Как стираются грани между ними и узорами соседних народов?
— Да, интерес к этническим мотивам возрождается, но в Армении я наблюдаю обратную тенденцию — влияние западной культуры и спад внимания к традициям. К сожалению, рынок заполнен турецкими тканями с чужими узорами, где даже кресты изображены неправильно — не в виде армянского «цветущего креста» (как на хачкарах), а в виде прямых линий. Тоже с гранатом — символом армянской культуры и христианства. Это часть стратегии по присвоению нашего наследия, создающей ложную ассоциацию этих символов с другими культурами. Призываю отказаться от таких тканей, чтобы не поддерживать экономику противника, и выбирать изделия армянских мастеров. Границы между орнаментами размываются из-за слабой работы армянских специалистов и музеев. В интернете почти нет достоверной информации о наших коврах, в отличие, например, от азербайджанских. Мы слишком долго полагались на свою «очевидную» уникальность и упустили момент. Теперь важно активнее популяризировать наше искусство — рассказывать о таких узорах, как Вишапогорк, Астрахавак, Гугар. Это поможет и новому поколению, и даст отпор попыткам исказить нашу историю. Виноваты не люди, покупающие турецкие ткани, а мы, эксперты, не донесшие до них правду.
— Если мы говорим про таразы, расскажите, насколько заметно различались ковры и традиционные костюмы (таразы) в разных местностях Армении?
— На территории Армянского Нагорья выделяют пять основных таразных групп, каждая из которых имеет свои уникальные черты.
1. Բարձր Հայք — Высокая Армения;
2. Փոքր Հայք — Малая Армения;
3. Վան/Վասպուրական — Ван/Васпуракан;
4. Երեւան/Թիֆլիս — Ереван/Тифлис;
5. Սյունիք/Արցախ — Сюник/Арцах (где армяне жили в большом количестве и костюм был общим для обоих народов).
Кроме того, существуют интересные таразы у армян, проживавших в Трабзоне и Нахичевани, но основные, наиболее узнаваемые стили — именно те пять, что я перечислила выше.
Что касается ковров, каждый регион тоже отличался своим стилем. Например, арцахские ковры (вышапогор) славятся особыми мотивами и популярны в Арцахе. В Ереване также были свои характерные виды ковров. Однако стоит отметить, что основные мотивы в ковроткачестве все же распространялись по всей территории Армении, объединяя регионы через общие художественные элементы.
— А как через детали женского и мужского тараза (ткани, вышивку, аксессуары) передавался социальный статус его владельца и передавался ли?
— Само слово «тараз» (армянский национальный костюм) означает «силуэт» и имеет персидские корни — от «таразуигал» («прийти в себя»). В культуре Армении тараз — не просто одежда, а праздничный наряд, преображающий человека.
Детали, особенно украшения, указывали на статус: до появления швейных машин (XVII в.) 90% костюмов создавались вручную из дорогих тканей.
Позволить их себе могли лишь обеспеченные семьи: вышивка золотом/серебром, драгоценные пояса (носили и мужчины, и женщины), изысканные головные уборы. Менее состоятельные использовали мельхиор, который был доступнее, но тоже укладывался в традицию.
— Существовали ли универсальные, сакрально значимые цвета, характерные для армянских таразов по всей Армении?
— Цвета в армянской культуре несли не только декоративную, но и сакральную функцию, отражая мировоззрение народа. Еще в XIV веке философ Григор Татеваци выделил четыре ключевых цвета, связывая их со стихиями и моралью: черный (земля), белый (вода, чистота), красный (атмосфера, мужество, защита), желтый (огонь).
Другие цвета также имели глубокую символику: синий означал небесную чистоту и справедливость, фиолетовый — сдержанность и чувственность. Подобные значения встречаются и в других древних культурах.
Особое значение придавалось зеленому — символу плодородия и новой жизни. Его частое использование в костюмах и коврах подчеркивало значимую роль женщины как хранительницы рода.
— Волосы многих армянских женщин были скрыты под головным убором. В чем же кроется значение этого элемента одежды и прически? Почему он стал неотъемлемой частью национального женского костюма?
— Длинные волосы и головные уборы в древности были символами чести и статуса. Еще в эпоху Урарту и библейские времена (история Самсона) волосы считались источником жизненной силы для мужчин и знаком добродетели для женщин.
Публичное острижение волос было страшным позором для женщины и ее семьи. С принятием христианства добавилось обязательное покрытие головы (по канону 1-го послания к Коринфянам, гл. 11), сохранившееся у армянок и православных при входе в храм.
В Нагорной Армении платок носили все женщины. Подарок платка церкви был знаком признания чести семьи.
Головные уборы и прически строго маркировали статус (девушка/замужняя) и принадлежность к региону. Незамужние девушки и замужние женщины носили разные головные уборы и даже по-разному заплетали косы — в некоторых регионах это было строго регламентировано.
— Также интересно узнать, есть ли взаимосвязь между таким мужским одеянием, как черкеска, с культурой армян. Существует множество легенд на эту тему, и хотелось бы услышать ваше мнение по этому поводу.
— Вообще, черкеска — общий кавказский феномен, отражающий переплетение культур кавказского региона. Это мужской военный костюм, который трудно приписать только одному народу.
Черкеска была популярна на всей территории Кавказа: ее носили в Армении, Грузии и на Северном Кавказе. Этот костюм стал символом мужества и воинственности, объединяя разные культуры и традиции. В армянской среде черкеска часто дополнялась особой мужской рубахой — архалухом. Архалух представлял собой рубашку с воротником-стойкой, сшитую из черного атласа или хлопчатобумажной ткани, и был неотъемлемой частью традиционного костюма: его обязательно надевали вместе с черкеской.
Яркие примеры таких нарядов можно увидеть в армянском кинематографе. В фильме «Хатабала» великий наш армянский актер Фрунзик Мкртчян появляется в черкеске и архалухе, демонстрируя историческую достоверность образа. В другом известном фильме, «Давид-Бек», также можно увидеть эти элементы национального мужского костюма.
— Альбертина, большое вам спасибо за такой удивительный экскурс!
Кристина ВАРТАНЯН