ЭФИОПИЯ: АРМЯНЕ В АФРИКЕ 30.Апр.2021

Вот уже шестой год я бродяжничаю по «армянским следам» планеты, а своими заметками делюсь с вами. Даже пресловутый COVID не остановил меня в похождениях по миру. Поэтому и на этот раз я собрал рюкзак и вышел из «семейного гнезда» в Ростове-на-Дону в мою 40-ю страну, где еще не застыли «армянские следы». Однако, традиционно, сначала о самой стране, столь нам близкой и одновременно далекой.

КОЛЫБЕЛЬ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА

Не знаю как в РСФСР, но в южных союзных республиках, в одной из школ которых учился автор этих строк, часто собирали деньги на помощь голодающим сверстникам в Эфиопии. К примеру, собрал класс сколько-то кг овощей и фруктов. Положены деньги. Но это в капиталистическом мире. А в нашем, социалистическом, не принято было платить пионерам за работу. После сдачи нормы собранного урожая с пионерами встречался директор школы или классный руководитель и начинал сентиментальный рассказ о том, какое у нас счастливое детство и как тяжко приходится пионерам из Эфиопии. У них нет ни хорошей одежды, ни учебников, ни тетрадок. Дескать, «давайте-ка перечислим заработанные вами деньги детям из братской Эфиопии!».
Сказать, что мы были рады, — ничего не сказать. Повесть учителя о голодных и раздетых сверстниках нас, советских школьников, так трогала, что хотелось отдать им не только заработанные «руб пятьдесят за кило», но и выпросить у родителей еще несколько рубликов. Конечно, отчетов нам никто не предоставлял, судьба денег была нам неизвестна. Верили на слово. Партия говорит «надо» — пионеру нужно подчиниться. А как иначе? Так что все детство и юность Эфиопия у меня только и ассоциировалась с голодными детьми, а еще с их генсеком Менгисту Хайле Мариамом, который всегда целовался при встрече с нашим дорогим Леонидом Ильичом. И тем не менее… Сейчас я уже понимаю, что если ассоциировать Эфиопию только с голодными детьми, можно легко забыть о том, что гордая страна на «роге» Африки обладает уникальной тысячелетней культурой. В IV столетии н.э., вслед за Арменией, многие регионы Эфиопии приняли христианство. В среде ученых-антропологов существует даже гипотеза, что все человечество произошло от эфиопов. Найденный здесь в 1974 г. скелет «Люси» считается предковой формой древних людей, которые жили 3-4 миллиона лет назад. Таким образом, совсем не преувеличением будет назвать Эфиопию «колыбелью человечества».

Впрочем, о «колыбели» я подумал сразу же, как вышел из здания аэропорта Боле в Аддис-Абебе. Эфиопы действительно антропологически отличаются от африканцев. Внешне напоминают европеоидов. С африканцами их роднит только структура волос и цвет кожи. И говорят они на амхарском языке, который, наряду с арабским, ивритом, ассирийским и мальтийским, входит в семью семитских языков. Замечу, что, не считая короткого периода итальянского господства с 1936 по 1941 год, Эфиопия была единственной страной Африки, не попавшей в колониальную зависимость. В разные периоды с древнейших времен здесь находились Аксумское и Абиссинское царства. В отличие от других африканцев, у эфиопов свое письмо, своя доктрина православия. Местные жители называют Армянскую, Коптскую, Сирийскую, Малабарскую и Эфиопскую церкви «Амиситиихиточи» («Пять сестер»), или «Пять сестер-основателей церквей», поскольку все они из числа пяти Древневосточных православных церквей. Однако поспешу заметить, что Эфиопская церковь в корне отличается и от «сестер», учитывая, что традиции у нее ветхозаветные. Верующие православные не едят свинину, делают обрезание, а дьякон, подобно мусульманскому муэдзину, затягивает молитву со специальных лоджий среди куполов. Эфиопы народ набожный до мозга костей. Например, после свержения последнего короля Хайле Селассие в 1974 власть захватили коммунисты, продержавшиеся до 1991 года. Но даже они не смогли повлиять на народ и заставить его отречься от церкви. Коммунисты Эфиопии удачно сочетали несочетаемое — перед партсобранием получали благословение батюшки и только потом приступали к реализациям госпланов.

ХАБЕША И АРМЯНЕ

В Эфиопии часто можно столкнуться с таким понятием, как «хабеша». Пиво «Хабеша», банк «Хабеша», парк «Хабеша», торговый центр «Хабеша»… Даже могут спросить: «Вы — хабеша?». Изначально может показаться, что «хабеша» это что-то вроде растафарианства, которое, кстати, тоже зародилось в Эфиопии. «Растафари» происходит от имени последнего императора Эфиопии Хайле Селассие I, до коронации известного как Рас Тафари Маконнен. Растаманы считают, что Хайле Селассие I является воплощением Бога. Но «хабеша» не из этой «оперы». Все гораздо проще: многонациональная Эфиопия делится на хабеша и других. Хабеши (абиссинцы) — отцы-основатели Эфиопии, чьи предки-семиты много веков назад пришли на «Африканский рог» и основали здесь царство Д`мт, а также Аксумское и Абиссинское царства. Семиты смешались с местным чернокожим населением, и получился эфиопский антропотип, который я описывал выше. Современные народы, имеющие негласное право называться хабешами, это амхары, тиграй-тигринья и тигре. Причем и религия имеет большое значение. Например, часть народа тигре — мусульманского вероисповедания. Они уже не хабеши, т.к. на них повлияла арабская культура. То же самое можно сказать и о народности фалаша, исповедующей иудаизм.

В Эфиопии около 85 народностей и этнических групп. О некоторых из них, самых малых, живущих в своем аутентичном мире, я расскажу позже. А пока хотелось бы остановиться на армянах. Собственно говоря, за этим я сюда и приехал.

Первые армяне, ступившие в «черную Африку», были торговцами и оказались здесь в I веке н.э. В это время как раз и образовалось могущественное Аксумское царство, ставшее важным перевалочным пунктом на торговом пути из Египта в Индию, а также к берегам Восточной Африки. Тем не менее, торговля есть торговля. Армяне не задерживались: грузили свои товары на суда и отправлялись в другие страны. А вот уже заселяться начали при царе Аксума Эсане в период с 328-330 гг. н.э. в качестве проповедников, один из которых, Абба Селама, был аксумским священником, армянином из Сирии. Далее ни в армянских, ни в эфиопских летописях армяне не упоминаются в течение нескольких столетий. И только в VII в. н.э. в хрониках Хабеша говорится об «армянском острове» в городке Десси близ Эритреи. Античные источники Эфиопии сообщают, что армяне покинули Палестину, Сирию и Египет в связи с преследованием мусульманами христиан и переселились в Абиссинию. Здесь, в Десси, армяне основали поселение Хайк, вблизи озера, которое нынче так же и называется Хайком. Почти девять столетий Хайк украшал армянский монастырь Сурб Стенапос. Однако в XVI в. воинствующие мусульмане добрались в эти края и вместе с другими христианскими памятниками Абиссинии разрушили армянскую церковь. Нынче на месте прежнего храма расположена эфиопская часовня, стоящая на «армянском» фундаменте.

В Эфиопии также почитают армянскую святую Рипсиме (в эфиопской традиции Арсема; прим. авт). Аккурат в то время, когда армянские проповедники стали поселяться в Абиссинии, почти одновременно с Сурб Степаносом на озере Тана в честь этой святой был построен храм на острове, названный в последующем Арсемой. Для верующих православных эфиопов церковь святой Арсемы на одноименном острове означает то же самое, что и для верующих армян остров Ахтамар на озере Ван.

Как вы поняли, первые армяне, поселившиеся в Абиссинии, в немалой степени повлияли на христианство современных православных эфиопов.

И, когда заходит речь об армянах Эфиопии, принято брать отсчет именно со времен раннего христианства. Иначе говоря, армяне не только свидетели принятия христианства хабешами, но и, в некотором смысле, их протеже.

Со средних веков ислам и христианство стали все больше распространять свое могущество в Африке. Оказалось так, что Эфиопия стала христианским островком, вокруг которого образовались мусульманские сферы влияния. Это послужило дипломатическим связям с христианской Европой. Наладить с ней тесную связь мешали расстояния и языковой барьер. Выход нашла императрица-мать Эллени. Она обратила внимание на богатого абиссинского купца-армянина Матеоса, который и языками владел, и опыта работы за морями хоть отбавляй. Предложила ему стать первым в истории абиссинского царства послом в Европе. Матеос согласился. И уже в 1513 году император Лебне Денгель снарядил Матеоса в качестве посланника к португальскому королю Мануэлю I. Так армянин стал первым в истории Эфиопии и африканского континента послом в Европе.

Матеос оказался блестящим послом. Ему удалось наладить тесную связь Абиссинского царства с португальским королевством, а позже и римским Папой Львом X. В 1538 году, когда правитель мусульманского султаната Адал (территории нынешних Сомали и Джибути; прим. авт) Ахмед Грань объявил джихад против христианской Абиссинии, Матеос получил оснащенное оружием войско у португальского короля и с благословения Папы отправился в Абиссинию. С Матеосом прибыли и два армянина, Антонио Фернадес и Гаспар Суренян, а также Криштован да Гама — сын известного мореплавателя Васко да Гамы. Несмотря на османскую поддержку противникам, мусульмане потерпели поражение. В 1543 году, в битве при Вайна Дага, Ахмед Грань был убит объединенной армией эфиопов и португальцев.

Матеос оказался не только законодателем эфиопских внешних связей, но и дал начало школе дипломатов, многие из которых были его же соотечественники-армяне. В книге французского путешественника XVII века Франсуа Бернье «Путешествие в Могольскую империю 1656-1668 гг.» автор повествует об армянине Мураде Ходже. Дабы наладить связи с Индией и Юго-Восточной Азией, император Эфиопии Фасилл отправил Мурада ко двору могольского императора Аурангзеба. Последний был жестоким правителем, узурпировавшим власть и заточившим отца в тюрьму. Фасилл тоже был не из робкого десятка. и союзы с такими правителями. как Аурангзеб, были необходимы для налаживания взаимовыгодных отношений. Ставка была сделана на Мурада Ходжу по той причине, что он был лично знаком с Аурангзебом, так как предоставлял к его дворцу каменья и пряности, имея при этом постоянное место жительства в Эфиопии. Фасилл не прогадал с выбором. Мурад Ходжа наладил контакты между двумя империями, а вскоре открыл и торговое представительство Эфиопии в Батавии (Индонезия). А в начале XVIII века уже племянники Мурада Ходжи стали эфиопскими посланниками. Один из них, Мурад Челеби, отправился ко двору французского короля Людовика XIV, второй, Элияс, стал представлять императора Яссу I в Султанате Сенаар (совр. Судан).

НОВОЕ ВРЕМЯ

Я понимаю, мой читатель, что вам не терпится узнать о жизни эфиопских армян сегодня. Об их делах, чаяниях и, наконец, отличаются ли они от нас с вами. Все это будет! Только без прошлого вам не понять их настоящее. Поэтому я просто обязан сначала рассказать о впечатляющем прошлом наших соотечественников в Эфиопии, чтобы вам в последующем было легче принять их такими, какие они сейчас есть, каких я их увидел в этой далекой африканской стране. Так что терпение и еще раз терпение!

Итак, через 300 лет после победы над войском Ахмеда Грани армяне снова оказались в гуще эфиопских войн. Вернее, на этот раз заложниками войны.

В 1855 году император Теодрос II провел в стране ряд реформ в пользу бедных, что не понравилось местным князьям и работорговцам. Их поддержали англичане, которые, видя в установлении сильной центральной власти во главе с Теодросом II угрозу своим интересам на северо-востоке Африки, развязали англо-эфиопскую войну 1867–1868.

В плен к эфиопам попал английский посланник Джордж Кентский, он же — племянник британской королевы Виктории. Переговоры по освобождению посла августейшая особа возложила на архиепископа Кентерберийского Чарльза Лонгли. Однако он априори понимал, что, будучи англичанином, с чьей страной ведется война, ему вряд ли удастся убедить эфиопскую сторону освободить сэра Кентского. Тогда Его Преосвященство Кентерберийский обратился к иерусалимским армянским священникам Исааку Асвадзадуряну и Тимофею Сапричяну, с которыми познакомился годами ранее на Земле обетованной. По замыслу Лонгли, армянские священники должны были пролоббировать вопрос через свой абиссинский приход, который был тесно связан с императорским двором Теодроса II. Идея сработала. Священникам удалось убедить императора освободить английского посланника с условием, что английские войска отступят к Суакину (совр. Порт-Судан). Британцы согласились на сделку. Однако, когда посол оказался у англичан, они пошли на хитрость: оставили пару дивизий за пределами столицы Эфиопии, а через считанные дни нанесли артиллерийский удар по граду стольному. Наивный император понял, что совершил непоправимую ошибку, пойдя на сделку с англичанами. Не стал дожидаться своего пленения и совершил самоубийство выстрелом в голову. По иронии судьбы, он застрелился из пистолета, который ему подарила королева Виктория несколькими годами ранее.

После гибели Теодроса II при помощи англичан эфиопский престол занял император Йоханныс IV. Он был выходцем из феодалов и князем области Тиграи. Во внешней политике Йоханныс IV, разу-меется, ориентировался на англичан. Даже оказал поддержку англо-египетским властям в Судане во время восстания махдистов во главе с Мухаммедом Ахмедом. Это привело Эфиопию в 1885 году к войне с ним. И хотя страна одержала победу, имперская армия потеряла огромное количество солдат и техники. Опустела казна. Зная об этом, итальянцы воспользовались случаем и захватили с моря город Массауа. Обессиленным войной на севере эфиопским солдатам пришлось перебазироваться на северо-восток страны. На помощь к императору подоспел местный предприниматель, владевший плантациями пряностей на Сокотре, Богос Маркарьян. Пока итальянцы радовались успеху и пробирались на юг, чтобы перекрыть Эфиопии морские пути, Маркарьян со своей торговой флотилией высадился у берегов залива Таджура (совр. Джибути). Только на этот раз флотилия доставила в Эфиопию не товары, а солидный арсенал боеприпасов. Что и спасло впоследствии Эфиопию от дальнейшей итальянской экспансии. В благодарность за щед-рость император наделил Маркарьяна землями в области Тиграи, где тот и прожил долгую жизнь до 1922 года.

Как вы заметили, мои читатели, армянские предприниматели прославились в этой стране не только в качестве бизнесменов, но и активностью почти во всех войнах в истории Эфиопии. Видимо, по этой причине армянам удавалось оставаться лояльными перед императорами. Причем речь не только о предпринимателях, но и о ремесленниках, коих также было немало. Здесь стоило бы вспомнить ювелира Дикрана Эбеяна, который изготавливал короны для Йоханнеса IVи Менелика II. А во время Гражданской войны проявил себя и в качестве дипломата, примирив народности тигре и оромо. Или вот, вовсе уникальный случай: Саркис Терциян со своим племянником Левоном Терцияном прибыли в Эфиопию с османским гарнизоном в 1881 году. Оба были пекарями. Во время войны за Харар Саркис оставил племянника заниматься пекарней, а сам отправился вместе с полководцем Дезажмачем Мекконеном и его полком на поле брани. Полк вернулся с победой. В награду за это император назначил Мекконена герцогом Харара, а Саркиса Терцияна губернатором Бейо Караба, который контролировал маршрут из Харара в Зейнаб (Джибути).

Не менее впечатляюще выглядит история и Акопа Багдассарьяна, который до своей смерти в ноябре 1932 года прослужил государственным казначеем имперской Эфиопии. Был обычным геологом, занимался добычей полезных ископаемых. При нем были найдены огромные залежи платины, золото и полиметаллические руды. Эти находки стали серьезно пополнять казну государства. Вскоре император Менелик II передал Багдассарьяну монополию на добычу полезных ископаемых, а еще позже назначил государственным казначеем страны. Ведь благодаря тому же Багдассарьяну у Эфиопии появились собственные запасы драгметаллов. Закупать их для чеканки монет уже не было необходимости. Багдассарьян отправился в Вену лишь за необходимым оборудованием, чтобы империя могла создать свой Монетный двор. Кстати, чеканка первых эфиопских монет была возложена именно на армянских мастеров. Одним из которых был Микаэл Топджян — возглавивший позже Монетный двор.

В конце XIX-начале XX вв. в Эфиопию стало прибывать все больше армянских архитекторов из Османской империи. Их приглашали как сами соотечественники, осевшие в этой африканской стране, так и императорский двор. Армяне строили дворцы, фабрики, облагораживали заброшенные участки лесных зон, превращая их в парки. Одним только архитектором Крикором Ховяном было возведено как минимум три десятка сооружений, среди которых все главные мосты Аддис-Абебы — Кебена, Гинфиле, Йека Майкл, Фитверари, Хабтегиоргис и др. Архитектурному гению Крикора также принадлежат ныне старейшие здания столицы Эфиопии — отель «Тайту», министерство торговли, Оружейный завод, госпиталь Тефери Мекконен, дворец Лиджа Эйяссу. Или, к примеру, другой архитектор, Минас Хербекян, инженер, соединивший столицу со всеми главными городами Эфиопии дорожными магистралями. Также Хербекян является автором почти десятка Эфиопских церквей, трех госпиталей, четырех заводов и фабрик.

В 1905 году османский фотограф Бедрос Бояджян вместе с архиепископом Чилгадяном посетил Эфиопию, где их принял император Менелик II. Бояджян делает фотографии по случаю Дня рождения императора. Снимки произвели впечатление на Его Императорское величество, и тот назначил Бояджяна придворным фотографом, которым он и оставался до своей смерти в 1928 году. Дети Бояджяна, сыновья Хайгас и Торгом, дочь Лусинтак продолжили дело отца. Они тоже были придворными фотографами последующих императоров до 1974 года, покуда монархия в Эфиопии не была упразднена пришедшими на смену ей коммунистами.

Завершая вводную часть, замечу лишь, что армянская община Эфиопии процветала. Армяне делились своим мастерством с эфиопами, они же отплачивали им добром и щедростью. Синоним «армянин» для эфиопа — «талант». Поэтому почти все императоры не задумываясь приглашали армян с Ближнего Востока и наделяли их самыми ответственными должностями. И Геноцид армян в Османской Порте отразился в их сердцах. В 1924 году, по пути в Женеву, Рас Тефери Меконен посетил Иерусалим. Патриарх Армении Турян принял его с духовым оркестром, состоявшим из 40 армянских детей-сирот в возрасте от 12 до 18 лет. Рас Тефери был впечатлен их музыкой. А когда он узнал, что это сироты Геноцида, император пригласил их в Эфиопию. 40 сирот прибыли в Эфиопию в ноябре 1924 года в сопровождении Кеворка Налбандяна. Они в последующем и придали новую жизнь современной эфиопской армянской общине, о которой я расскажу в следующем номере. Не пропустите!

Вадим АРУТЮНОВ
Аддис-Абеба, Эфиопия

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Вы можете использовать эти HTMLтеги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>