Как азербайджанцы искали себя в истории 02.Авг.2017

Вот и свершилось! Впервые в печати, впервые на русском языке публикуем стенограмму заседания азербайджанских ученых и экс-президента Азербайджана Гейдара Алиева за 1996 год. Стенограмма публикуется сокращенно. Но этого достаточно, чтобы понять, что за три года рубрики «Антитопор» данная стенограмма только подтверждает нашу правоту. В заседании принимают участие все именитые ученые Баку, которые еще каких-то 20 лет назад искали себя в истории, а теперь пытаются сфальсифицировать историю Армении. Настоящая стенограмма, в переводе «Антитопора», будет интересна всем, кто занимается историей Закавказья и методами информационных войн в наше нелегкое время.

Зия Буниятов: Там 26, тут 26… Во времена народного фронта 26 человек изменили название нашего языка. Дело в том, что если вы сейчас скажете «тюрк», живущие в Борчалы и Газахе карапапахи скажут: «Я же – не тюрок, я – карапапах». Или живущие в Ираке азербайджанцы, они – не азербайджанцы, они – терекеме, то есть туркмены, как они сами утверждают. Шекинцы! Профессор издал книгу «Дагестанские терекеме», 2-й том же он издал под названием «Дагестанские азербайджанцы». Азербайджанец – название нашего народа, как и Азербайджан – место, где мы живем, и все страны знают нас под этими именами. Ну да, азербайджанцев было 300 тысяч, и что, вы скажете: «Забудьте и все!»? Мы служили империи, нельзя так. Советский Союз был нашей родиной, нас называли азербайджанцами и т.д. Это – язык, с ним шутить – нельзя. Наш народ вступает в XXI век, не надо сейчас поднимать какую-либо шумиху. Ныне тот, кто переехал из Зангезура в Шеки, отделился от армянского края и живет в микрорайоне Киши, пусть назовет себя, как хочет. Но я прошу, не надо пудрить мозги нашему народу, нашему подрастающему поколению. Гейдар Алиевич, давайте закончим это. Наша республика – Азербайджан, язык – азербайджанский. Здесь нет других вариантов и об этом говорить не стоит. Но если кто-то хочет называть себя тюрком, то пусть дома у себя повесит на стены транспаранты: «Я – тюрок», смотрит в зеркало и повторяет, что он – тюрок. Салют!
Бахтияр Вахабзаде: Уважаемый президент, уважаемые участники! Я думаю, что если мы начнем тут проводить масштабное обсуждение, то одним или двумя совещаниями дело не ограничится, потому что данная тема – неоднозначна: одни утверждают, что язык – тюркский, другие, – что азербайджанский. Я хочу напомнить о списке Рамиза-муаллима, одна половина которого говорит «тюркский», другая половина — «азербайджанский тюркский». Это, можно сказать, одно и то же. Просто те, кто говорит: «азербайджанский тюркский», хотят, чтобы в названии языка было что-то от обеих стран – Азербайджана и Турции. Здесь нужно выбрать что-то среднее. Мы можем обсуждать это очень долго, каждый будет настаивать на своем. Я вас прошу, давайте это закончим, выбрав что-то среднее. Те, кто утверждает, что наш язык – азербайджанский, лет эдак через 20-30 заявят, что и окончание фамилий на «-ов» – тоже наше. Я и в тот раз говорил, что мое мнение совпадает с мнением Анара-муаллима: наш язык – азербайджанский тюркский, национальность – азербайджанские тюрки. Это – самый правильный вариант. Можно понять, когда малообразованные люди называют наш язык азербайджанским, но я не понимаю, когда такое заявляют писатели и ученые. Возможно, они переживают, что если вдруг мы напишем «тюркский», тогда нам придется разговаривать на языке анатолийских турок, приводя в пример Ататюрка. Ататюрк – великий, мы уважаем турецкий язык, этого никто не отрицает. Но дело не в этом. Разве это означает, что если мы напишем в Конституции «азербайджанский тюркский», мы будем говорить на анатолийском турецком? Конечно, нет! Повторюсь, от малообразованных я привык слышать подобное, но когда такое говорят ученые, то я диву даюсь. Каждому – свое место. Юсиф Самедоглы сказал, что он на 40% не понимает турок. Юсиф, у меня слов нет! Твой покойный отец, царство ему небесное, учителю нашему говорил, что он – тюрок, ты же говоришь, что ты – азербайджанец. Да, тут приводили в пример Казем-бека, который повесил на шею крест. Он – ничто для нас перед такими личностями, как Зердаби, Мирза Джалил, Физули. Он отказался от своей религии. Для меня он – не авторитет. Тут Эльчин Эфендиев предложил: «Государственный язык – азербайджанский, в скобках – тюркский». Хотя бы так. Но Физули 500 лет назад писал, что люди говорили, будто на тюркском языке писать сложно, поэтому он сделает этот процесс более простым. Или, к примеру, Сабир: когда кто-то перевел с тюркского (османского) на азербайджанский и подписался, Сабир ему ответил, мол, как ты смешон, как можно переводить с тюркского на тюркский. Это все происходило перед нашими глазами. Как можно отрицать такую правду? Я не понимаю. Если так говорили наши деды и отцы, то какое мы имеем право говорить по-другому? Мои книги издаются в Турции, Гейдар-муаллим. Их там издают в том виде, как они есть, лишь некоторые слова снабжают сносками с пояснениями, например: бахтармаг – арамак (искать). Именно так книги и публикуются, нет нужды их переводить. Турецкий читатель с удовольствием читает мои книги…
Гейдар Алиев: Бахтияр муаллим, вернитесь на минутку! Я несколько раз говорил, что вы – наш великий поэт, уважаемая личность. Я хочу прояснить некоторые моменты. Я сам тоже в поисках, я это говорил и 31-го числа, и сегодня говорю. Не хочу критиковать чье-то мнение, но вы говорите, мол, напишем: «азербайджанский тюркский». Давайте копнем глубже. Выходит, что наш язык – это говор тюркского? У языка есть название. Уважаемый Анар привел пример. В мире есть такой прецедент: крымско-татарский язык. Да, есть. Не мешайте, прошу вас, не мешайте, я знаю, о чем я говорю. Да, крымско-татарский есть. Какие еще есть? Во Франции – французский, в Испании – испанский, в Греции – греческий. Прошу вас, не мешайте, я сам знаю, о чем говорю. Я никогда, даже когда учился в школе, не пользовался услугами суфлера, в отличие от вас. Я всегда говорил, опираясь исключительно на собственные знания. В Китае – китайский, в России – русский, в Белоруссии – белорусский, на Украине – украинский. В Чехословакии – ныне они распались – было два языка: чешский и словацкий. Но разница между ними – ничтожно мала, по сравнению с разницей между нашим языком и языком анатолийских турок. Я с ними говорил, и с чехами, и со словаками. Спрашивал, на каком языке они разговаривают между собой. Они ответили, что на английском. Мир – таков. Теперь давайте посмотрим на тюркоязычные народы. У узбеков – узбекский, у киргизов – киргизский, у татар – татарский, и т.д. У каждого народа – свой язык и свое название. У языков, входящих в другие языковые группы, так же имеется свое название. А мы, что же, должны изменить название своего языка? Я повторюсь, что я задаю вопросы не для того, чтобы возразить вам, а для того, чтобы самому понять. Вы – филологи, лингвисты, поэты, писатели, вы пишете романы, стихи, обучаете языку народ. Вы говорите: «Давайте назовем наш народ азербайджанскими тюрками». Как у одного народа может быть два названия? Почему узбек не называет себя узбекским тюрком, а татарин – татарским тюрком? Выходит, что мы должны изменить названия своего языка и народа? Так давайте изменим и название нашей страны. Наша история такова, что нас называли татарами, но ведь мы – не татары! В начале XX века все называли себя татарами, открывались русско-татарские школы. Никто из нашей интеллигенции не возражал, не говорил, что давайте по-другому назовем. Мамедкули-заде, Сабир, Агаев и другие, почему они промолчали? Я не могу сказать, почему так случилось. Такова наша судьба! Сначала нас называли татарами, и Гасан бей Зердаби, и все остальные называли себя татарами, потом, после 1918-го года – тюрками, с 1936-го года – азербайджанцами. Что делать? Если мы не ответим на эти вопросы, мы не сможем принять закон.
Бахтияр Вахабзаде: Смотрите: Алжир, Египет, Сирия, и т.д. – арабские государства, они не говорят, допустим: египетский язык, алжирский язык. Язык нельзя назвать именем местности. Этот суффикс «-лы» на нашем языке не может указывать на название народа.
Гейдар Алиев: Есть славянские языки, они очень близки друг к другу. Особенно русский и белорусский. Но у каждого из них – свое название. Вы привели в пример арабоязычные страны. Я согласен, но мы сейчас находимся на историческом этапе. Мы должны сделать такой выбор, чтобы он указывал на наше прошлое, и был нужным для нашей государственности.
Бахтияр Вахабзаде: Я хочу поблагодарить вас за то, что вы нам дали такую свободу слова. Каждый может выражать свое мнение свободно. Я думаю, все присутствующие согласны с этим. Спасибо.
Залимхан Ягуб: Нас называли татарами, тюрками, азербайджанцами, затем снова тюрками. Все это – трагедия нашего народа. Я слушал очень внимательно. Хочу выразить свои мысли поэтично: «Мы ушли, привет всем, кто остался» (Юнус Имре). О нашем языке и народе издали указы. Эти указы исходили от правителя, но горы принадлежат нам… (приводит примеры). Скажите, можно ли тут различить, какой из этих примеров – на азербайджанском, какой – на тюркском? Мы произошли от общего предка, для чего нас разделять? Спасибо нашему президенту за то, что он так деликатно относится к этому святому делу. Давайте используем этот шанс, который преподнесла нам судьба. Мне так кажется, что мы не можем отказаться от тюркского слова, истории, дыхания. Нашу тысячелетнюю историю нельзя приносить в жертву 60-летней. Я согласен, «азербайджанский язык» – приемлем, но это обозначение не полностью олицетворяет нашу историю. Если же в конституции будет указан: «азербайджанский тюркский», то благодаря этому варианту можно будет увидеть наш исторический путь. Не забывайте, жители Южного Азербайджана называют себя тюрками, 60-миллионное население Турции называет себя турками и принимает активное участие в нашей судьбе. Турция – наша поддержка. Мое предложение – азербайджанский тюрок, азербайджанский тюркский.
Афаг Гурбанов: Эта тема уже несколько лет активно обсуждается. Она стала причиной большой путаницы. В младших классах дети обучаются по учебникам тюркского языка, в ВУЗах студенты проходят азербайджанский язык. В газетах и журналах, особенно в комитете высшей аттестации, пишется: «азербайджанский тюркский». Это, безусловно, не в пользу нашего народа. Я хочу выразить свое мнение по поводу называния нашего языка тюркским. Мы не должны забывать, что в соседней Турции разговаривают на османском тюркском. Если нынче в Азербайджане, Турции будут указывать государственным языком тюркский, то с какой точки зрения мы их должны будем различать? Вы говорите, что азербайджанский и турецкий языки – это одно и то же. Но все мы смотрим телевидение. Скажите, понимаем ли мы хоть 50 процентов того, о чем вещают на турецких каналах? Конечно, нет! Я, как лингвист, безусловно, все пойму, ваши реплики – беспочвенны. Если мы сейчас назовем наш язык тюркским, то мы должны будем попросить наших соседей, которые в 1299-м году создали Османскую империю, создали свой язык: «Вы живите со своим языком, а мы вернемся к своему тюркскому». Назвав свой язык тюркским, мы потеряем наш язык. Наш президент очень четко заметил, что наряду с языком речь идет также и о национальности. Разве для этого наши деды и отцы оставили нам наш язык? Теперь, что касается варианта «азербайджанский тюркский». Создать новый термин – непросто, у этого процесса есть свои правила. Азербайджанский тюркский – что это означает? Азербайджан – это название местности, тюркский – название языка, смысл – такой. Тогда, по аналогии, можно говорить: азербайджанский лезгинский, азербайджанский татский. Разве могут быть такие названия? Назвать азербайджанский язык по-другому – ошибка. Вот смотрите, я тут выписал современные тюркские языки, их – 23: азербайджанский, туркменский, узбекский, и т.д., я не буду их все перечислять. Все 23 языка называются одним словом. Мы, назвав свой язык таким образом, ничего не выиграем. Далее. Тут еще предлагали определить наш язык, как азербайджанский говор тюркского языка. Послушайте, здесь присутствуют специалисты, языковеды, как такое возможно? Говор – это разновидность языка, используемая в общении небольшой, как правило, территориально связанной части носителей данного языка. Говор связан с языком, вариантом которого он является. Говор может отделяться от языка и самостоятельно развиваться, превращаясь в отдельный язык. Что вы хотите сказать? Что мы должны повернуть историю вспять? Наш свободный, самостоятельный язык должен превратиться в диалект? Хочу заметить вот что: до 1930-го года не было понятий: «узбекский язык», «узбекский народ», они себя называли тюрками. Почему же они, будучи такими же тюрками, не поднимают этот вопрос, а мы каждую неделю обсуждаем, как нам называться? Мое мнение, как специалиста – Азербайджанская Республика, азербайджанский язык, азербайджанцы. Желаю успехов!
Рашид Гоюшов: Сначала римляне, затем сасаниды, сельджуки, русские. Наш народ никогда не был независимым. Если мы сейчас объявляем о своей независимости, мы должны также объявить и о государственном языке. Здесь присутствуют историки, они знают, что с исторической точки зрения правильнее будет применить название «Азербайджан». Это же – не новый термин, им пользовались с древних времен. В XIV-ом веке была написана книга о грамматике азербайджанского языка. Использование термина «азербайджанский язык» важно еще и с геополитической точки зрения. Вы знаете, что на западном берегу Каспийского моря проживают малочисленные этносы, северная часть Кавказа тоже ими заселена. Если мы объявляем, что наш язык – тюркский, то… Я хочу рассказать вам один случай из своей жизни, уважаемый президент. Я принимал экзамен в одном из вузов страны и встретил одного студента, который в своем паспорте, в графе «национальность», стер «азербайджанец» и написал «курд». Я спросил у него причину этого поступка. Молодой человек ответил: все ныне твердят, что азербайджанцы – это тюрки, а я – не тюрк, братец, я – курд! Азербайджан – единое государство и язык должен быть единым. К этому надо относиться очень деликатно. В Анкарском университете мне понадобился переводчик, а вот в Тебризском – нет! Меня приглашали в Кемерово???; как вы знаете, там проживают много тюркоязычных народов. Я с ними общался, старался хоть что-то понять на их языке. Но, как я ни пытался, я не понимал их. Волею судьбы, у нас не осталось письменности, поэтому мы не можем ныне исследовать свою историю. Наш президент еще в 1978-ом году обозначил в качестве нашего языка азербайджанский, вписал его в Конституцию в качестве государственного языка. Мне кажется, мы должны называть наш язык азербайджанским. Это – не прихоть, это – просто реальность.
Джамиль Гулиев: Я указал в своих замечаниях в проекте Конституции, что азербайджанский язык имеет право называться государственным языком. Это справедливо с научной точки зрения, к тому же отвечает требованиям современной жизни. Давайте поговорим о том, что же такое язык. Язык ведь – историческая категория. Язык развивался вместе с народом, с его социально-политической жизнью, пройдя долгий путь. В советское время выпускали анкету, в ней мы были вписаны как кавказские татары, а не как азербайджанцы. Еще и некоторые товарищи тут утверждают, что название «азербайджанец» дал нам Сталин. Это не соответствует ни одному историческому документу. В 1911-ом году вышла «Русская энциклопедия». В первом же томе написано: «азербайджанские татары (азербайджанцы или закавказские татары)». Из них около 600 тыс. проживало в Казахской, 500 тыс. – в Бакинской, около 400 тыс. – в Ереванской и около 100 тыс. – в Тифлисской губерниях.
Далее пишется: «азербайджанский язык впоследствии распространился…», и т.д. Я считаю, что в XX-ом веке это – самое большое достижение нашего народа. Язык – основная часть мышления, неотделимая часть интеллекта. Мы должны подумать об азербайджанской идеологии, о национальной идее. Некоторые говорят, что мы должны создать национальную идею. Это – неправильно. Национальная идея у нас была и развивалась веками вместе с народом. Нам нельзя говорить, что у нас нет национальной идеи, она есть, она составляет единство вместе с нашей нацией. Сегодня на нашу долю выпал исторический шанс. Мы, я прошу прощения, не понимаем всей серьезности ситуации. Если бы понимали, то не стали бы в конце XX-го, в преддверии XXI-го века поднимать эту тему. Да, наш язык входит в тюркскую языковую семью, и что? Давайте поговорим о том, какую позицию мы занимаем среди тюркоязычных народов. Я считаю, что это определяет наше будущее как нации. Вот вы говорите: «азербайджанский тюркский». Что это значит? Давайте ответим на этот вопрос. Вот это название, что оно нам дает? Скажите, что оно дает нашему развитию, принципам, кредо? На каком уровне азербайджанская идеология у нас? На очень низком уровне! Поэтому, я считаю, что если сегодня я пишу: «азербайджанский тюркский», то завтра я должен написать: «азербайджано-тюркская идеология»? Но ведь это – не так! Моя идеология – азербайджанская, азербайджанская национальная идеология! Да, азербайджанский является одним из тюркских языков, и я горжусь этим, горжусь тем, что мы в родстве с 60-миллионным турецким народом. Но я считаю, что наш язык – азербайджанский.
Гусейн Аббасзаде: Я очень внимательно слушал вас. Я сторонник того, чтобы государственным языком Азербайджанской Республики был не азербайджанский, а азербайджанский тюркский. Почему? Еще в 1906-ом году великий сын азербайджанского народа Гасан бей Зердаби писал в газете «Хаят»: «Мы, мусульмане, которые являются подданными России, – тюрки. Наш настоящий язык – тюркский». Великий русский поэт М. Ю. Лермонтов, находясь в 1837-ом году в ссылке на Кавказе, был в Шемахе, в деревне Теркенд. Там он спросил у одного ашуга про балладу об ашуге Гарибе. Хочу напомнить, что Лермонтов сам владел тюркским языком. Обратите внимание, он пишет: «тюркская сказка», а не: «азербайджанская сказка». Мы исторически были тюрками, слово «Азербайджан» – ложное. Оно появилось позже. Азербайджан – название земли, а не местности. Да, Грузия – грузин, Узбекистан – узбек… Но Азербайджан – азербайджанец? Когда мы учились в средней школе, на наших учебниках было написано: «тюркский язык», а не: «азербайджанский язык». У моей мамы в паспорте, в 1948-ом году, в графе «национальность», было написано: «турчанка». Потом поменяли на «азербайджанка». Это появилось позже, указ был дан «сверху». В 1978-м году, когда принимали новую Конституцию, в Союзе писателей Азербайджана было проведено совещание. Я был председателем собрания. Тогда Сабир Рустамханлы предложил, чтобы в качестве государственного языка Азербайджана в конституции был указан азербайджанский язык. В то время требовалась большая смелость, чтобы возражать против этого. Мы поддержали эту идею, и этот протокол был отправлен «верхам». Сначала вызвали Имрана Касумова «наверх», затем попросили меня, как председателя собрания, чтобы я оформил на бумаге решение собрания и отправил его «наверх». Я так и сделал. Этот документ сейчас находится в архиве ЦК. Мы всегда хотели, чтобы наш язык назывался турецким…
Гейдар Алиев: А вы сами тогда высказались за то, чтобы язык назывался тюркским?
Гусейн Аббасзаде: Нет.
Гейдар Алиев: А почему?
Гусейн Аббасзаде: В то время мне бы за это язык вырвали.
Гейдар Алиев: Ну, вырвали бы, и вырвали, а вы написали бы!
Гусейн Аббасзаде: Великий поэт нашего народа Гусейн Джавид был репрессирован из-за этого, и не только он. Всех заклеймили пантюркистами и посадили. Как можно было говорить об этом? Но в то время вписать и азербайджанский язык в Конституцию республики тоже являлось подвигом.
Гейдар Алиев: Знаете, всем известно, что я очень долго боролся за то, чтобы наш язык назывался азербайджанским. Но сейчас я вам говорю в лицо: ни один из вас тогда не сказал мне о том, что нужно было написать: «тюркский язык».
Гусейн Аббасзаде: Мы боялись такое говорить!
Гейдар Алиев: Все говорили: азербайджанский! То, что язык – тюркский, никто не говорил!
Гусейн Аббасзаде: Как-то в Москве, в Союзе писателей, пошел разговор между украинцами и белорусами. Меня спросили, указан ли у нас азербайджанский язык в Конституции как республиканский. Я ответил, что да. Они сказали что, у них в Конституции их языки не указаны в качестве республиканских и попросили, чтобы я отправил им экземпляр нашей Конституции. Это письмо хранится у меня в архиве. Мой внук, который учится в 4-ом классе, говорит, что наш язык – тюркский, поскольку так написано на учебниках. Нам что, снова рвать книги и заново издавать азербайджанские учебники? Я считаю, что это будет очень трудно.
Мое предложение: указать в Конституции в качестве государственного языка «азербайджанский тюркский». Вы говорите: крымские татары, казанские татары. Знайте! В Крыму татар не было, они были турками! Российская империя назвала их татарами. Она и нас называла басурманами, татарами, но не тюрками.
Гасан Гулиев: В языке орхон-енисейских памятников в V-VIII веках использовались такие термины, как: «аз будун», «аз тери». Быть может, название нашего племени произошло от этого «аз»? До XIV-го века тюрки очень хорошо понимали друг друга. После XIV-го века эти языки стали дифференцироваться. На территории бывшего СССР проживают 23 тюркских народа, у каждого – свой самостоятельный язык, и никто не думает о том, чтобы изменить название своего языка. Что же с нами не так? На протяжении очень длительного времени нас знают как азербайджанцев, а наш язык – как азербайджанский. Зачем нам его менять? Мне кажется, что это веяние идет к нам из заграницы. В Турции выпускается журнал «Тюркология». В нем все тюркские языки народов бывшего СССР называют наречием. Я несколько раз писал письма этим товарищам и разговаривал с ними, когда они приезжали к нам. Объяснял, что наш язык – один из тюркских, но он – самостоятельный, он не является наречием. Я просил их, чтобы они не оскорбляли наш язык и не преуменьшали его достоинство. Наш язык отличается от турецкого и фонетикой, и грамматикой, и лексикой. Я долгое время занимался сравнительным словарем тюркских языков и хочу отметить, что наши слова по смыслу хоть и похожи, но пласт общей лексики составляет меньше 50-ти процентов. По большей же части наш лексикон отличается, с точки зрения семантики. Поэтому, если назвать наш язык тюркским, это неизбежно приведет к научным неразберихам и к нежелательным последствиям. Тюрки – это название османцев, а тюркский – языковой семьи. Исходя из вышесказанного, предлагаю определить государственным языком Азербайджана азербайджанский, а народ Азербайджана называть азербайджанцами.
Гейдар Алиев: Вы знаете, что я возглавлял Азербайджан с 1969-года, а до этого, в связи с должностями, которые я занимал, я участвовал в процессах, которые происходили в Азербайджане. В основном в области науки, литературы, истории, языка. Когда я учился в средней школе (я окончил ее 1939-ом году), на учебниках так же было написано «тюркский язык». Но я замечал, что наши поэты, писатели и общественные деятели иногда смешивают научные вопросы с личными, грубят и оскорбляют. Не нужно, пусть каждый выскажет свое мнение. Наша цель состоит в том, чтобы найти истину. Пусть никто не думает, что его знания – абсолютная истина. Это – не так. Я не сторонник грубых выражений. 27 человек выступили 31-го октября, сегодня – еще 14 человек. Мне кажется, что мы достаточно послушали ученых, поэтов и писателей. А теперь выслушаем мнение членов комиссии по данному вопросу.
Гусейнага Ганиев: Я уже два года занимаюсь этим вопросом. С исторической точки зрения азербайджанский язык – тюркский, но с точки зрения исторического развития, азербайджанский язык является азербайджанским. Историческое развитие таково, что языковая семья делится на группы, а группы – на языки. Народы, наука, как и сам язык, развивались так же. Например, в индоевропейскую языковую семью входят различные группы: славянская, германская, романская, и т.д. В славянской группе – русский, украинский, белорусский и др. языки. От алтайской языковой семьи отделились тюркская группа, в которую входят азербайджанский, турецкий, туркменский и др. языки. Алтайская языковая семья – это дед, тюркская группа – это отец, а азербайджанский язык – это сын. Объявить сына отцом – неправильно. За счет развития образовалось государство, язык и нация. Это касается не только языков. Это касается и науки. В Древней Греции была одна наука – философия. Потом из нее выделились в самостоятельные науки история, математика, физика и т.д. Я считаю, что сегодня, если мы примем азербайджанский язык в качестве государственного, мы покажем величие и развитие тюркских языков. Я из Ленкорани, встречался с избирателями более чем в 20-ти селах. Все они встречают эту новость воодушевленно. Тут предлагали называть наш язык «азербайджанский тюркский». Что это за язык? Его – нет нигде. Никто о нем не слышал. Азербайджанский язык является не только языком тех, кто себя считает тюрком, он является языком всех народов, проживающих в Азербайджане. В этом языке есть дух всех народов, в нем есть слова из всех языков народов Азербайджана. Хочу сказать, что я проголосовал против тюркского языка в парламенте. Этот закон обсуждался дважды, но он дважды не прошел. Как он прошел в третьем чтении – до сих пор непонятно. Этот законопроект прошел 26-ю голосами «за». Я считаю, что он – абсурден. А еще я считаю, что за этим стоят определенные силы. Даже у нас, в Ленкорани, среди талышей найдется 2-3 процента, которые согласны с этим. Вам известно, что за этим кто-то стоит. Но речь не о том, что азербайджанскому языку следует придать статус «государственного» исключительно в пику этим силам. Нет, «азербайджанский» является настоящим названием нашего языка, это – естественно, реально, правильно. В парламенте обсуждался даже вопрос о том, чтобы убрать из нашего языка буквы «х» и «ә». Вы понимаете, к каким последствиям может привести такая недальновидная политика? Я считаю, что в Конституции государственным языком следует указать азербайджанский. А народ выскажет свое мнение в референдуме.
Гасан Гасанов: Всем известно, что языки имеют два статуса: наречие и полностью сформировавшийся национальный язык. Национальные языки, опять-таки, в двух ипостасях: в группах и в семьях. Значит, наречие и национальный язык – это разные понятия. Мы в каком статусе оцениваем наш язык? Азерийское наречие тюркского языка, аморфный говор или полноценно сформировавшийся национальный язык, который полностью соответствует нашему национальному мышлению? Все тюркские языки произошли от одного праязыка, но в X-XI веках тюркские языки начали разделяться на группы: огузские, кыпчакские, булгарские, карлукские, якутские. В XIV-XV веках из огузской группы сформировался азербайджанский язык. В XIX-ом веке наши ученые, поняв самостоятельность нашего языка с научной точки зрения, назвали его азербайджанским тюркским. Наконец, в середине XX-го века развитие нашего языка и нации дало основание для того, чтобы называть наш язык азербайджанским, а народ – азербайджанцами. Если мы назовем наш язык двойным названием, то допустим ошибку, вернувшись к тюркскому языку в X-XI века. Если же назовем наш язык наречием, то снова допустим ошибку, вернувшись в межъязыковые отношения Средневековья. К тому же, если уж и использовать в названии нашего языка слово «тюркский», то правильно будет назвать язык не азербайджанским тюркским, а азербайджано-огузским тюркским. Огузы не понимают кыпчакские языки, булгары не понимают вообще никакие другие языки тюркской семьи. Мы – азербайджанская нация, сформировавшаяся из тюркских народов, наш язык – азербайджанский, образовавшийся из тюркской языковой семьи, наша страна известна как Азербайджан, и именно под этими именами нас и признало мировое сообщество.
Нериман Гасанзаде: Тут приводили много примеров из истории, не хочу повторяться. Мы с Бахтияром Вахабзаде, Ресулом Рза и Хелилом Рза в своих стихах очень долго боролись за азербайджанский язык. Теперь выходит, что мы боремся против него. Я читал в трудах тюрколога Тофика Гаджиева, что в XII веке к Абулле Генджавипришел человек из Тебриза. Он спросил: «Откуда ты, из Азербайджана?». И язык его был азербайджанским. Это было еще в XII-ом веке. Ну, назвали себя турки турками, и что теперь? Называя себя азербайджанцами, мы же не выступаем против них. Президент сказал: «Какой красивый, сладкий язык, назовите, как хотите!». Уже много лет идут дискуссии на тему того, азерийский ли наш язык или азербайджанский. Я заметил, что, как только наш народ начал приходить в себя, развиваться и выходить на мировую арену, тут же нашлись недоброжелатели. Вспомните: когда мы стали хозяевами наших нефтяных месторождений, сколько появилось желающих отхватить кусок от этого пирога? Язык – тоже наш ресурс, ресурс нашего народа. Я был в Югославии с Мустайем Керимом (башкирский писатель) на вечерах поэзии. Мы общались с ним, но под конец признались, что не понимаем друг друга. Зачем мы обманываем себя? Турки – наши братья, они нас поддерживают. Но пусть каждый брат будет счастлив у себя дома. Тут Вагиф Самедоглы и Агамуса Ахундов сказали, что в Калифорнии и еще где-то закрыли программы по изучению и исследованию азербайджанского языка, мол, такого языка – нет. Для меня это было настоящим ударом. Проводилась встреча семи тюркоязычных государств, в Бишкеке. На встрече были также и Демирель (премьер-министр Турции), и наш президент. Перед Демирелем была табличка «Турция», перед нашим президентом – «Азербайджан». Не было: турецкий тюркский или азербайджанский тюркский. Это – наша независимость, я это так воспринимаю. Наше государство – Азербайджан, наш язык – азербайджанский, я себя считаю азербайджанцем, люблю наш язык, уважаю наши тюркские корни. Если кто-то здесь хочет найти в этом какой-то антитюркизм, то он зря старается. Тут речь о том, что именно под этими названиями мировое сообщество признало наш народ и нашу страну. Азербайджанский язык соединил в себе все лучшие качества тюркских языков. Я согласен с Юсифом-муаллимом, что обсуждение этой проблемы нельзя вести в отрыве от современных реалий. Если исторические факты не закончатся логически, то мы можем повторить многие наши ошибки. Мы видим, что благодаря этим процессам азербайджанский язык развивался, совершенствовался и получил такую форму. Наш народ жил с этим языком, развивал его и мир увидел его таким. Теперь мы должны прилепить к нему еще и слово «тюркский»? Это означает, что мы сомневаемся в том, что мы – тюрки. Тут упоминали Зердаби. Если кто-то не знает о нем, почитайте его статьи на азербайджанском. Ахундов советовал ему: «Пусть язык твоего «Экинчи» будет похожим на язык моих комедий, пусть это звучит грубо, пусть будет айрумский».
До 1910-го года этот вопрос горячо обсуждался (Зердаби умер в 1907-ом году), язык газет был большой проблемой. Были «Фиюзат», «Шелале». Я исследовал их и хочу спросить азербайджанских языковедов: вам был понятен язык в «Фиюзат» и «Шелале»? А вот книгу Зердаби «Наши песни» так и хочется прижать к груди. Хотя он получал образование на русском языке, но азербайджанским владел в совершенстве. Он написал статью «Иттихадуль нисан». В ней говорится о том, что нельзя, чтобы каждый изъяснялся на каком-то своем языке, давайте придем к общему знаменателю. Правда, он не указывал азербайджанский язык в качестве этого общего знаменателя, но имел в виду именно это. Зердаби – сын Азербайджана, его знали везде. Его супругой была булгарка – Ханифа Абаева. Наша страна – Азербайджан, народ – азербайджанцы. Но это не означает, что мы отказываемся от своих тюркских корней.
Играр Алиев: Уважаемый президент, уважаемые участники этой встречи. Я не поэт, не умею говорить эмоционально. Я буду говорить фактами. Здесь Самедоглы сказал, что не нужно исследовать историю. Я с этим не согласен. Нужно! Я решительно против того, чтобы в Конституции было написано: «государственным языком Азербайджана является тюркский»! Если же в нашей Конституции тюркский будет указан в качестве государственного языка, а меня будут называть тюрком, я вам категорически заявляю, что я всегда буду писать: «азербайджанский язык» и «азербайджанец». Вот смотрите, у меня с собой – книга Гумилева «Древние тюрки». Гумилев является очень уважаемым и видным тюркологом не только в бывшем СССР, но и во всем мире. Я хочу донести до вашего сведения несколько его изречений: «На фоне мировой истории древнего тюркского народа и созданной ими империи, поднимается вопрос: почему тюрки появились и почему они исчезли, оставив свое имя в наследство многим народам, которые отнюдь не являются их потомками (в том числе и мы с вами)? Попытки решить эту проблему путем анализа только политических или социальных отношений делались неоднократно, но так и не дали результатов. Древние тюрки, несмотря на их огромное значение в истории человечества, были малочисленны… Путь, на который вступило древнетюркское общество, был гибельным, так как внутренний раздор, начавшийся в степи и на ее границах, остался неразрешенным. В критических ситуациях основная масса степного населения отказывала хану в поддержке. Это привело в 604-ом году к распаду Тюркского каганата на Западный и Восточный каганаты, в 639-ом – к потере самостоятельности, а в 741-ом году – к гибели народа. Конечно, гибель народа еще не означала уничтожение всех тюрок. Часть из них подчинились уйгурам…» Я, Гейдар Алиевич, почему против названия «тюрк»? Потому, что эти 500 семей, которые были под руководством Аттилы, не говорили на тюркском, они говорили на монгольском! В VI-VII веках часть тюрков, которые остались в живых, приняли ложное для них название «тюрки». На деле же, тюрки как народ были уничтожены. Некоторые народы с легкой руки арабов приняли название «тюрки». Принятие названия «тюрки» для османских тюрков – большая ошибка, потому что «тюрки» – это название большой семьи, которая состоит из 23-24 языков. На русском языке есть разница между «тюрк» и «турок». На азербайджанском языке этой разницы – нет. Поэтому, когда мы произносим одно из этих названий, не понятно, что мы имеем в виду: язык, народ или семью. Некоторые говорят, давайте, мол, сбросим с себя понятие «тюрк». Разве османские тюрки не сбросили с себя по политическим соображениям понятие «османы», которым они назывались на протяжении более чем 600 лет? После революции турецкие лидеры сказали, что им нужна 100-миллионная турецкая нация, поэтому страну назвали Турцией. Нам сейчас не нужен 100-миллионный тюркский народ, нам хватит 35-40 миллионов азербайджанцев. У нас ныне нет ни желания, ни возможностей участвовать в политических играх. Поэтому я считаю, что государственным языком Азербайджанской Республики должен быть азербайджанский…

Вадим АРУТЮНОВ,
автор и ведущий рубрики
«Антитопор»

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Вы можете использовать эти HTMLтеги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>